Богомякова Ольга Борисовна – кандидат медицинских наук, врач-рентгенолог, научный сотрудник лаборатории «МРТ Технологии» федерального государственного бюджетного учреждения науки
630090, Новосибирск, Институтская ул., д. 3А
Olga B. Bogomyakova – Cand. of Sci. (Med.), Researcher of the laboratory «MRT Technologies»
630090, 3A Institutskaya Str., Novosibirsk
Валова Галина Сергеевна – кандидат физико-математических наук, научный сотрудник лаборатории биомеханики и многомасштабной механики сложных сред федерального государственного бюджетного учреждения науки
630090, Новосибирск, пр. Лаврентьева, д. 15
Galina S. Valova – Cand. of Sci. (Phys.-Math.), Researcher of biomechanics and multiscale mechanics of complex media
630090, 15 Lavrentyev avenue, Novosibirsk
Станкевич Юлия Александровна – кандидат медицинских наук, врач-рентгенолог, старший научный сотрудник лаборатории «МРТ Технологии» федерального государственного бюджетного учреждения науки
630090, Новосибирск, Институтская ул., д. 3А
Yuliya A. Stankevich – Cand. of Sci. (Med.), Senior researcher of the laboratory «MRT Technologies»
630090, 3A Institutskaya Str., Novosibirsk
Черевко Александр Александрович – кандидат физико-математических наук, старший научный сотрудник лаборатории биомеханики и многомасштабной механики сложных сред федерального государственного бюджетного учреждения науки
6300904, Новосибирск, пр. Лаврентьева, д. 15
Aleksandr A. Cherevko – Cand. of Sci. (Phys.-Math.), Senior researcher of biomechanics and multiscale mechanics of complex media
630090, 15 Lavrentyev avenue, Novosibirsk
Тулупов Андрей Александрович – доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН, главный научный сотрудник лаборатории «МРТ Технологии»федерального государственного бюджетного учреждения науки
630090, Новосибирск, Институтская ул., д. 3А
Andrey A. Tulupov – Dr. of Sci. (Med.), Professor, Corresponding Member of the RAS, chief researcher of the laboratory «MRT Technologies»
630090, 3A Institutskaya Str., Novosibirsk
ВВЕДЕНИЕ: Идиопатическая нормотензивная гидроцефалия (НТГ) – состояние, характеризующееся увеличением желудочков головного мозга и изолированным нарушением ликвородинамики, этиология и патогенез которого до сих пор до конца не определены.
ЦЕЛЬ: Оценить изменения гемо- и ликвородинамики при идиопатической нормотензивной гидроцефалии по данным фазоконтрастной МРТ.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ: Сформировано три группы обследуемых: пациенты с НТГ (12 человек), пожилые пациенты с атрофической вентрикуломегалией (15 человек), здоровые добровольцы (15 человек). Оценены данные рутинного МРТ, объемы серого, белого вещества и ЦСЖ, рассчитаны объемно-скоростные характеристики потоков цереброспинальной жидкости (ЦСЖ) и крови на нескольких уровнях.
Статистика: Для количественных показателей ликвородинамики рассчитаны медиана (Me), 25% и 75% процентиль, а также интерквартильный размах. Проведена межгрупповая оценка достоверности различий с применением U-критерия Манна–Уитни и непараметрического многомерного дисперсионного анализа MANOVA.
РЕЗУЛЬТАТЫ: Определены отдельные нейровизуализационные маркеры НТГ, а также увеличение объемно-скоростных характеристик потока ЦСЖ на уровне водопровода мозга (p<0,01, с преобладанием ретроградной составляющей) в сравнении с группой контроля и пациентами с атрофической вентрикуломегалией. Выявлено разнонаправленное изменение объема интракраниального венозного оттока в группах обследуемых: у пациентов с НТГ – снижение оттока по прямому синусу в 1,4 раза (p<0,01), у пациентов с атрофической вентрикуломегалией – снижение оттока по верхнему сагиттальному синусу в 1,3 раза (p<0,05).
ОБСУЖДЕНИЕ: Полученные данные показывают существенное нарушение ликвородинамики у пациентов с НТГ в отличие от пациентов с возрастной атрофией и заместительным расширением ликворных пространств на уровне водопровода мозга, а также свидетельствуют о значимости венозного звена в поддержании интракраниальных объемных взаимодействий.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ: Сочетанное использование рутинного протокола и фазо-контрастной МРТ позволило выявить ряд нейровизуализационных, гемо- и ликвородинамических изменений у пациентов с НТГ в сравнении со здоровыми добровольцами, а также, что особенно важно, с пациентами сопоставимого возраста с наличием заместительной атрофической вентрикуломегалии.
INTRODUCTION: Idiopathic normal pressure hydrocephalus (NPH) is a condition characterized by enlargement of the cerebral ventricles and an isolated disturbance of cerebrospinal fluid dynamics, the etiology and pathogenesis of which are still not fully determined.
OBJECTIVE: To evaluate changes in hemo- and cerebrospinal fluid dynamics in idiopathic normal pressure hydrocephalus according to phase-contrast MRI data.
MATERIALS AND METHODS: Three groups of subjects were formed: patients with NPH (12 people), elderly volunteers with atrophic ventriculomegaly (15 people), a group of healthy volunteers (15 people). For each subject, the data from a routine MRI study, the volumes of gray, white matter and cerebrospinal fluid were assessed, and the volume-velocity characteristics of CSF and blood flows at several levels were calculated.
Statistics: For quantitative indicators of cerebrospinal fluid dynamics, the median (Me), 25% and 75% percentiles, and interquartile range were calculated. An intergroup assessment of the significance of differences was carried out using the Mann-Whitney U test and nonparametric multivariate analysis of variance MANOVA.
RESULTS: Individual neuroimaging markers of IGT were determined, as well as an increase in the volume-velocity characteristics of CSF flow at the level of the cerebral aqueduct (p<0.01, with a predominance of the retrograde component) in comparison with the control group and patients with atrophic ventriculomegaly. Multidirectional changes in the volume of intracranial venous outflow were revealed in the study groups: in patients with IGT – a decrease in outflow along the straight sinus by 1.4 times (p<0.01), in patients with atrophic ventriculomegaly – a decrease in outflow along the superior sagittal sinus by 1.3 times (p<0.05).
DISCUSSION: The data obtained show a significant impairment of cerebrospinal fluid dynamics in patients with NPH, in contrast to elderly volunteers with age-related atrophy and replacement expansion of the cerebrospinal fluid spaces at the level of the brain aqueduct, and also indicates the importance of the venous link in maintaining intracranial volumetric interactions.
CONCLUSION: The combined use of a routine protocol and phase-contrast MRI techniques made it possible to identify a number of neuroimaging, hemo- and CSF dynamic changes in patients with NPH in comparison with healthy volunteers, and also, most importantly, with patients of comparable age with the presence of replacement ventriculomegaly against the background of atrophy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.