Генкель Вадим Викторович — кандидат медицинских наук, доцент кафедры пропедевтики внутренних болезней
454048, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
Vadim V. Genkel — Cand. of Sci. (Med.), assistant of the Department of Propaedeutics of Internal Medicine
454048, Chelyabinsk, Vorovsky str., 64
Кузнецова Алла Сергеевна — кандидат медицинских наук, доцент кафедры госпитальной терапии
454048, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
Alla S. Kuznetcova — Cand. of Sci. (Med.), assistant of the Department of Clinical Therapy
454048, Chelyabinsk, Vorovsky str., 64
Лебедев Евгений Владимирович — кандидат медицинских наук, доцент кафедры пропедевтики внутренних болезней
454048, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
Evgeny V. Lebedev — Cand. of Sci. (Med.), assistant of the Department of Propaedeutics of Internal Medicine
454048, Chelyabinsk, Vorovsky str., 64
Салашенко Алексей Олегович — кандидат медицинских наук, доцент кафедры пропедевтики внутренних болезней
454048, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
Alexey O. Salashenko — Cand. of Sci. (Med.), assistant of the Department of Propaedeutics of Internal Medicine
454048, Chelyabinsk, Vorovsky str., 64
Савочкина Альбина Юрьевна — доктор медицинских наук, профессор кафедры микробиологии, вирусологии и иммунологии, главный научный сотрудник НИИ иммунологии
454048, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
Albina Y. Savochkina —Dr. of Sci. (Med.), Professor of Department of Clinical Laboratory Diagnostics, Principal Researcher of Research Institution of Immunology
454048, Chelyabinsk, Vorovsky str., 64
Сумеркина Вероника Андреевна — кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник ЦНИЛ
454048, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
Veronika A. Sumerkina — Cand. of Sci. (Med.), Leading Researcher of Research Institution of Immunology
454048, Chelyabinsk, Vorovsky str., 64
Никушкина Карина Викторовна — кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник НИИ иммунологии
454048, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
Karina V. Nikushkina — Cand. of Sci. (Med.), Leading Researcher of Research Institution of Immunology
454048, Chelyabinsk, Vorovsky str., 64
Пыхова Любовь Романовна — старший преподаватель кафедры микробиологии, вирусологии и иммунологии федерального
454048, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
Lyubov R. Pykhova — Senior Lecturer of Department of Microbiology, Virology, Immunology
454048, Chelyabinsk, Vorovsky str., 64
Шапошник Игорь Иосифович — доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой Пропедевтики внутренних болезней
454048, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
Igor I. Shaposhnik — Dr. of Sci. (Med.), professor, head of the Department of Propaedeutics of Internal Medicine
454048, Chelyabinsk, Vorovsky str., 64
ВВЕДЕНИЕ: Неинвазивная оценка морфологии каротидных атеросклеротических бляшек (АСБ) представляет собой перспективное направление, позволяющее оптимизировать не только оценку риска сердечно-сосудистых событий, но и отбор пациентов для реваскуляризации сонных артерий. Определение эхогенности АСБ посредством GSM-анализа может быть использовано в рамках мультипараметрической оценки нестабильности АСБ и прогнозирования неблагоприятных сердечно-сосудистых событий.
ЦЕЛЬ: Оценить предиктивную ценность эхогенности каротидных атеросклеротических бляшек в отношении развития неблагоприятных сердечно-сосудистых событий у пациентов 40–64 лет.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ: В исследование был включен 191 пациент с каротидным атеросклерозом в возрасте 40–64 лет. Всем пациентам проводили дуплексное сканирование артерий каротидного бассейна с определением эхогенности каротидных АСБ. Комбинированная конечная точка (ККТ) состояла из следующих возможных событий: нефатальный инфаркт миокарда или нестабильная стенокардия, нефатальный инсульт, коронарную реваскуляризацию или реваскуляризацию периферических артерий, смерть от сердечно-сосудистых причин. Сбор данных о наступлении ККТ, проводили во время повторных визитов и с помощью медицинских информационных систем.
Статистика: Анализ данных проводили с помощью программного обеспечения MedCalc (версия 20.216). Для описания номинальных данных использовали частоты и проценты, для количественных данных медиану и квартили. Для оценки вероятности развития событий, составляющих комбинированную конечную точку, применяли метод анализа выживаемости Каплана–Майера. С целью оценки риска наступления события и влияния независимых переменных на указанный риск применяли регрессионный анализ Кокса.
РЕЗУЛЬТАТЫ: По результатам корреляционного анализа эхогенность каротидных АСБ (GSM) обратно коррелировала с ИМТ (r=–0,355; p<0,0001), окружностью талии (r=–0,337; p<0,0001), уровнем триглицеридов (r=–0,163; p=0,027), мочевой кислотой (r=–0,188; p=0,028). Длительность периода наблюдения составляла 15,1 (12,2; 22,9) мес. События, составляющие ККТ, произошли у 15 (7,85%) пациентов: нефатальный инфаркт миокарда — у 2 (1,05%) пациентов, нефатальный инсульт — у 2 (1,05%), реваскуляризация миокарда — у 6 (3,14%), нестабильная стенокардия — у 5 (2,61%) пациентов. Наличие каротидных АСБ с эхогенностью ≤39 усл.ед. позволяло прогнозировать развитие событий, составляющих ККТ, с чувствительностью 53,3% и специфичностью 80,7%. По результатам анализа выживаемости Каплана–Мейера было установлено, что кумулятивная выживаемость пациентов, имеющих каротидные АСБ с эхогенностью ≤39 усл.ед., была статистически значимо ниже, в сравнении с пациентами, имеющими каротидные АСБ с эхогенностью >39 усл.ед.
ОБСУЖДЕНИЕ: Необходимо отметить, что в представленном исследовании снижение эхогенности каротидных АСБ было связано с риском неблагоприятных сердечно-сосудистых событий только в простой модели и модели с поправкой на пол и возраст, но не в модели с полной поправкой. Вероятно, это может быть связано с тем, что эхогенность АСБ тесно связана с кумулятивным бременем кардиоваскулярных факторов риска, что было показано в том числе в более ранних исследованиях. Вероятно, комбинированная оценка бремени каротидного атеросклероза и морфологических особенностей АСБ может быть наиболее перспективным подходом к получению дополнительной прогностической информации у пациентов с каротидным атеросклерозом.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ: Среди пациентов с каротидным атеросклерозом 40–64 лет наличие АСБ с эхогенностью ≤39 усл. ед. ассоциировалось с увеличением относительного риска развития событий, составляющих комбинированную конечную точку в 3,44 (95% ДИ 1,19–9,91) раза после поправки на пол и возраст.
INTRODUCTION: Noninvasive assessment of carotid atherosclerotic plaque (CAP) morphology represents a promising direction, allowing to optimize not only cardiovascular event risk assessment, but also the selection of patients for carotid revascularization. Determination of CAP echogenicity by means of GSM-analysis can be used as part of multiparametric assessment of CAP instability and prediction of adverse cardiovascular events.
OBJECTIVE: To assess the predictive value of echogenicity of carotid atherosclerotic plaques in relation to the development of adverse cardiovascular events in patients 40–64 years old.
MATERIALS AND METHODS: The study included 191 patients with carotid atherosclerosis aged 40–64 years. All patients underwent duplex scanning of the arteries of the carotid basin with determination of the echogenicity of carotid ASBs. The combined end point (CEP) consisted of the following possible events: nonfatal myocardial infarction or unstable angina, nonfatal stroke, coronary revascularization or peripheral artery revascularization, and death from cardiovascular causes. Data on the onset of CVD were collected during follow-up visits and using medical information systems.
Statistics: Data were analyzed using MedCalc software (version 20.216). Frequencies and percentages were used to describe nominal data, and medians and quartiles were used for quantitative data. The Kaplan-Meier survival analysis method was used to estimate the probability of events constituting the combined endpoint. Cox regression analysis was used to estimate the risk of the event and the influence of independent variables on the risk.
RESULTS: By correlation analysis, carotid AP echogenicity (GSM) was inversely correlated with BMI (r=-0,355; p<0,0001), waist circumference (r=-0.37; p<0.0001), triglyceride levels (r=-0.163; p=0.027), uric acid (r=-0.188; p=0.028). The duration of the follow-up period was 15.1 (12.2; 22.9) months. Events constituting CEP occurred in 15 (7.85%) patients: nonfatal myocardial infarction in 2 (1.05%) patients, nonfatal stroke in 2 (1.05%) patients, myocardial revascularization in 6 (3.14%) patients, unstable angina in 5 (2.61%) patients. The presence of carotid AP with echogenicity ≤39 conventional units allowed predicting the development of events constituting CEP with sensitivity of 53.3% and specificity of 80.7%. Kaplan-Meier survivalanalysis revealed that cumulative survival of patients with carotid AP with echogenicity ≤39 conventional units was statistically significantly lower compared to patients with carotid ASB with echogenicity >39 conventional units.
DISCUSSION: It should be noted that in the presented study, decreased echogenicity of carotid AP was associated with the risk of adverse cardiovascular events only in the simple and sex- and age-adjusted models, but not in the full-adjusted model. It is likely that this may be due to the fact that the echogenicity of CAP is closely related to the cumulative burden of cardiovascular risk factors, which has been shown in earlier studies including. Probably, combined assessment of carotid atherosclerosis burden and morphological features of CAP may be the most promising approach to obtain additional prognostic information in patients with carotid atherosclerosis.
CONCLUSION: Among patients with carotid atherosclerosis 40–64 years old, the presence of ACS with echogenicity ≤39 conventional units was associated with a 3.44 (95% CI 1.19–9.91) fold increase in the relative risk of events constituting the combined endpoint after adjusting for sex and age.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.